livescience: Секретное оружие против выбросов углерода только что обнаружено: бобры
Бобры, их плотины и пруды могут превратить русло ручья в чистый годовой поглотитель углерода, поглощая больше углерода, чем выделяется за год, показало новое исследование. Это открытие имеет большое значение для реинтродукции обыкновенного бобра (Castor fiber) в Европе, где столетиями его истребляли почти до полного исчезновения. Если аналогичные закономерности подтвердятся в других местах, эти животные могут помочь смягчить изменение климата, связывая парниковый газ без дорогостоящей инфраструктуры.
«Бобры не решат проблему изменения климата, но наше исследование показывает, что эти природные инженеры могут незаметно помогать речным ландшафтам накапливать больше углерода на десятилетия вперед», — сообщил Live Science по электронной почте ведущий автор исследования Лукас Халльберг, исследователь из Университета Бирмингема (Великобритания).
Расчет углеродного бюджета
В исследовании, опубликованном 18 марта в журнале Communications Earth and Environment, ученые изучили участок ручья длиной 0,8 км в северной Швейцарии, на который повлияли бобры. До создания бобрового водно-болотного угодья в 2010 году ручей функционировал скорее как пойма с множеством деревьев. Когда бобров заселили, они убрали много деревьев для строительства плотин, открыв полог для более мелких растений.
Ученые измерили углерод в воде, уходящий в атмосферу и накапливающийся в отложениях, биомассе и мертвой древесине. Для этого они собрали керны из отложений и окружающего леса, а также образцы растений, включая водоросли вдоль ручья. Исследователи также рассчитали поток воды, что помогло определить уровни воды, содержание соли и количество осадков, перемещающихся по территории.
Результаты показали, что водно-болотное угодье было чистым поглотителем, связывающим от 98 до 133 метрических тонн углерода в год. Это количество сэкономленного углерода эквивалентно потреблению от 832 до 1129 баррелей нефти.
Команда подсчитала, что на поймах Швейцарии, пригодных для повторного заселения бобрами, образовавшиеся водно-болотные угодья могли бы компенсировать от 1,2% до 1,8% ежегодных выбросов углерода в стране. Исследователи старались не переоценивать возможности животных, особенно учитывая, что изучался только один участок, а накопление углерода может варьироваться в зависимости от климата, геологии, растительности и доступного пространства. Однако Халльберг утверждает, что бобры могут недорого помочь сделать инфраструктуру более устойчивой.
«Работа с природными процессами с самого начала — это не только экологически обоснованно, но и экономически разумно», — сказал он.
Эмили Фэрфакс, доцент кафедры географии, окружающей среды и общества Университета Миннесоты, не участвовавшая в исследовании, приветствовала результаты. Она отметила, что исследование помогает развеять распространенное заблуждение о том, что восстановление водно-болотных угодий может быть нецелесообразным из-за их способности выделять углерод.
«То, как они описали бобровые пруды как долговечные поглотители углерода, я считаю очень важным, — сказала она Live Science. — Это действительно мощный инструмент для поддержки необходимого восстановления водно-болотных угодий, а также для снятия скептицизма в отношении бобров… Люди довольно быстро начинают считать бобров проблемой и ищут повод для их жесткого контроля. Я думаю, это исследование отлично показывает, что нам не нужно делать ничего, кроме как позволить бобрам быть бобрами».
Возвращение бобров
Бобры были истреблены почти до полного исчезновения на огромных территориях как в Европе, так и в Северной Америке, что привело к исчезновению их влажных, богатых углеродом водно-болотных угодий. Сейчас, когда популяции восстанавливаются, исследователи начинают понимать их роль в связывании углерода.
Халльберг отметил, что сложно дать точную оценку того, сколько углерода может быть удалено при масштабном восстановлении популяции бобров в Северной Америке или Европе, поскольку подходящая среда обитания и поступление углерода различаются. Однако он сослался на более раннюю работу в национальном парке Роки-Маунтин в Колорадо, которая показала, что активные бобровые водно-болотные угодья могут составлять до 23% общего запаса углерода в ландшафте.
Фэрфакс отметила, что «если бы мы серьезно занялись восстановлением бобров», выгоды от углерода были бы достаточно велики, чтобы «мы не могли их игнорировать». Она добавила, что новые результаты могут даже недооценивать углерод, связываемый бобрами, поскольку более здоровые бобровые водно-болотные угодья делают речные ландшафты более устойчивыми к катастрофическим лесным пожарам, предотвращая высвобождение части углерода.
«Шутка в мире науки о бобрах такова: если у вас есть проблема, найдется бобр для ее решения», — сказала она.